Санкт-Петербург +7 (812) 325 02 02
Москва +7 (495) 935 77 85
22.01.2018  VADEMECUM


Министр здравоохранения РФ Вероника Скворцова, председатель Правительства РФ Дмитрий Медведев, министр промышленности и торговли РФ Денис Мантуров и руководитель НМИЦ сердечно‑сосудистой хирургии им. А.Н. Бакулева Лео Бокерия
Фото: rg.ru

ГК «Ростех» почти под новогодний бой кремлевских курантов получил увесистое госзадание, закрепленное в специальном постановлении Правительства РФ №1659 от 27 декабря 2017 года, – за 7,3 млрд рублей разработать и произвести первый отечественный электронно‑лучевой компьютерный томограф (ЭЛКТ). Научную поддержку проекту оказывают специалисты НМИЦ сердечно‑сосудистой хирургии им. А.Н. Бакулева и «международный коллектив ученых». На этом официальное описание бюджетоемкого проекта заканчивается. Назначение и технические характеристики новаторской разработки участники «рабочей группы» не раскрывают, а прямой исполнитель – структура «Ростеха» компания «РЗМ Технологии» – вообще отказывается от пионерских полномочий, уверяя, что в правительственное постановление «закралась ошибка». Атмосфера недомолвок вокруг инновации не помешала Vademecum выяснить, что российский ЭЛКТ будет единственным в мире – подобный американский аппарат уже более 15 лет как снят с производства. Сохранить эксклюзив российским новаторам поможет автор оригинального ЭЛКТ Дуглас Бойд, инженер и основатель компании Imatrex из Лас‑Вегаса, штат Невада.

Опубликованное субботним утром 30 декабря 2017 года постановление №1659 вкратце описывает разработку: к 2020 году требуется выпустить две опытные модели ЭЛКТ с двойным источником излучения, к 2022‑му – получить два патента, а уже к 2026‑му нарастить выручку от экспорта аппаратов до 6 млрд рублей. Попытки Vademecum выяснить хоть какие‑то подробности прорывного начинания встретили сопротивление со стороны исполнителя госзаказа – АО «РЗМ технологии» (по данным СПАРК‑Интерфакс, принадлежит структуре ГК «Ростех» – холдингу «Росэлектроника», а специализируется на добыче редкоземельных металлов, то есть производством медоборудования не занимается). 

«В постановление правительства закралась ошибка. Это к нам не имеет никакого отношения», – заявил Vademecum представитель компании. В свою очередь генеральный директор «РЗМ Технологий» Юрий Зозуля поблагодарил Vademecum за присланные вопросы и сообщил, что «комментировать пока нечего». В ГК «Ростех» сначала пообещали рассказать о проекте, но вскоре от этой идеи отказались, уточнив лишь одну деталь: структуры госкорпорации планируют производить не медицинские, а промышленные томографы.

Принять эту версию нам не позволили несколько обстоятельств. В пояснительной записке к правительственному постановлению прямо говорится, что проект «направлен на разработку, выпуск и внедрение в практическое здравоохранение высокотехнологичных диагностических систем отечественного производства». Медицинский профиль томографа подтверждает и то, что с проектом знаком Минздрав. В ведомстве, однако, тоже от подробного ответа отказались, сославшись на то, что все документы на эту тему помечены грифом «секретно». Разработчик ПП №1659 Минпромторг и Правительство РФ тоже предпочли хранить молчание.

Из той же пояснительной записки следует, что основные технические параметры томографа, «области его  клинического применения и конкурентные преимущества, основанные на уникальных запатентованных решениях и современной электронной базе» были определены Бакулевским центром и «международным коллективом ученых и разработчиков». В НМИЦ ССХ на запрос Vademecum не ответили, с руководителем центра Лео Бокерией на момент сдачи материала в печать тоже связаться не удалось. 

Однако свою причастность к томографическому проекту Vademecum подтвердил профессор Медицинского университета австрийского города Грац, основатель и первый президент Европейской ассоциации кардиорадиологов, старший научный сотрудник Бакулевского центра Райнер Рейнмюллер. Он утверждает, что будущий ЭЛКТ – «не копия какого‑нибудь зарубежного продукта, а новая технология, которая возникает на базе сотрудничества международного коллектива разработчиков». 

В этот коллектив, сообщил Vademecum знакомый с ситуацией источник, входит американский инженер Дуглас Бойд. Его появление в проекте не лишено логики: именно Бойд разработал и вывел на рынок первый в мире электронно‑лучевой томограф.

ПУЧКОВОЕ СЕМЕЙСТВО

К разработке ЭЛКТ Дуглас Бойд приступил в конце 70‑х, а уже в 1983‑м вывел томограф на рынок – под брендом основанной им компании Imatron. Новый аппарат был нацелен на кардиологические исследования, а так как он был первым и единственным в своем роде, получил признание медицинских специалистов. ЭЛКТ тогда называли «сверхбыстрый компьютерный томограф» за то, что, в отличие от существовавших аналогов, он мог почти мгновенно – от 100 до 50 миллисекунд (мс) – провести подробное кардиологическое исследование, которое было синхронизировано с ритмом сердца. 

В аппарате использовалась электронная пушка, которая в условиях глубокого вакуума «стреляла» пучком электронов. Он разгонялся на четыре тормозные мишени, на которых и возникало рентгеновское излучение. За одну секунду можно было получить восемь параллельных срезов в 3 мм шириной. Руководитель отдела томографии НМИЦ кардиологии академик Сергей Терновой говорит, что томограф Бойда действительно произвел революцию – впервые удалось визуализировать движущееся сердце.

Вскоре ЭЛКТ заинтересовалась компания Siemens – в партнерстве с ней Imatron выпустила новую версию аппарата под названием Evolution C‑150. В общей сложности в мире было установлено порядка 250 аппаратов. Два ЭЛКТ оказались в нашей стране: в 1997 году – в РКНПК Минздрава (теперь НМИЦ кардиологии) и через год – в Бакулевском центре. В 2001 году Imatron за $210 млн купила General Electric (GE), пообещав модернизировать томограф и даже проанонсировав новую модель E‑Speed, но вскоре отказалась от этой идеи и сняла аппарат с производства.

К середине 2000‑х ЭЛКТ стал уступать позиции другим видам томографов. Как рассказал Vademecum руководитель  Центра лучевой диагностики ФГАУ «Лечебно‑реабилитационный центр», президент Российского общества рентгенологов и радиологов Валентин Синицын, появление мультиспиральных компьютерных томографов (МСКТ) – сначала с 2–4 рядами детекторов, а потом с 16–64 рядами – позволило получать изображения гораздо более высокого качества, с меньшим количеством «шума» на изображениях и хорошим временным разрешением. 

По его словам, именно поэтому ведущие производители КТ‑систем – Siemens и GE – дали отставку технологии ЭЛКТ. «ЭЛКТ применялись как «нишевые» системы для исследований сердца и сосудов, а современные МСКТ – это универсальные приборы с очень широким спектром возможностей, включая исследования сердца, конечно», – объясняет Синицын. 

«Исследование сердца, выполняемые на ЭЛКТ, оказались очень ценными и востребованными. Ни один томограф того времени не мог получить качественное изображение движущегося сердца. Однако со временем классические томографы стали «догонять» ЭЛКТ в техническом плане – время получения томограммы со‑ кратилось до 300–500 мс, что при наличии кардиосинхронизации позволяло выполнять исследование сердца на приемлемом уровне, – рассказывает академик Терновой. – А со входом в практику мультиспиральных компьютерных томографов, делающих исследование очень быстро, с шириной первичного среза в 0,5‑0,6 мм и мощной постпроцессинговой обработкой, все исследования сердца стали делать на таких аппаратах».

С тех пор ЭЛКТ больше никто не производил. После сделки с GE Дуглас Бойд значительно расширил спектр своих научных и коммерческих изысканий. Сначала он работал консультантом по безопасности – его компетенции оказались востребованы в нескольких компаниях, производящих рентгеновские сканеры для досмотров на транспортных объектах, в том числе и в аэропортах. Затем, в 2006 году, основал компанию TSS, которая выпускала сканеры для обнаружения взрывчатых веществ. 

Не забыл Бойд и про медицину. Понимая недостатки ЭЛКТ, инженер взялся за разработку новой модели, а также других аппаратов – КТ, сканера томосинтеза (отслеживания состояния опухолей во время лучевой терапии) Tumotrack, аппаратов для лучевой терапии. Эти проекты вела новая компания Бойда – Imatrex, миссия которой, как говорится на ее сайте, – создание новых продуктов в области томографии и лучевой терапии, более дешевых и производительных, которые позволят проводить массовую диагностику и лечение заболеваний в странах второго и третьего мира. 

Сергей Терновой вспомнил, что три года назад встречал инженера из Лас‑Вегаса на одной из конференций европейских радиологов в Париже: «Господин Бойд тогда сказал, что разработал новую, усовершенствованную модель электронно‑лучевого томографа – с высоким разрешением, тонкими срезами, быстрой реконструкцией изображения и возможностью визуализировать не только сердце, но и другие органы и ткани». Объем инвестиций в создание нового ЭЛКТ тогда оценивался в $50 млн.

РОЖДАЕТСЯ ТАКОЕ ОЧИЩЕНИЕ

В 2017 году Imatrex появилась в нашей стране. В начале мая бывший гендиректор представительства концерна Bosch в России (ООО «Роберт Бош») Мартин Цеттль зарегистрировал ООО «БРС». Эта компания, по данным СПАРК‑Интерфакс, специализируется на научных исследованиях в области естественных и технических наук, производстве облучающего и электротерапевтического оборудования, аппаратов, основанных на использовании рентгеновского, альфа‑, бета- и гамма- излучений и применяемых в медицинских целях, а также компьютерных томографов. 

Сейчас Цеттль связан с двумя австрийскими компаниями – возглавляет российское представительство производителя станков для изготовления вафельных рожков и печенья Haas, а также консультирует Rotowash, специализирующуюся на производстве поломоечных машин. Формально от работы в ООО «БРС» он устранился – 29 декабря 2017 года 100% общества перешли к Imatrex. Но, судя по всему, связи с ним не утратил.

ООО «БРС» 25 декабря 2017 года опубликовало в базе вакансий Роструда «Работа в России» объявление о поиске генерального директора предприятия со знанием английского и немецкого языков. Ему предлагаются зарплата в 50 тысяч рублей и служебное жилье. Хедхантингом занимается Евгения Муравлева – генеральный директор ООО «Ротоваш Компакт» (представительство Rotowash).

Официально Муравлева общаться отказалась, но корреспонденту Vademecum, представившемуся соискателем, пояснила, что компания будет заниматься разработкой передового медицинского оборудования в сотрудничестве с американскими партнерами – правда, с кем именно, не уточнила. Участие «Ротоваш Компакт» в судьбе Imatrex в России на этом не ограничивается – на компанию в апреле 2017 года был зарегистрирован домен imatrex.ru, который пока бездействует. 

Мартин Цеттль отказался от общения с Vademecum, но передал через своего представителя, что не уполномочен комментировать проект. В «БРС» и Imatrex запросы Vademecum тоже оставили без ответа.

Если верить сайту Imatrex, новая версия ЭЛКТ – 2nd gen EBCT – уже разработана, заявка на получение патента подана. В компании уверяют, что обновленный аппарат «меньше по размеру, дешевле и быстрее», чем оригинальные сканеры Imatron. 

В российских представительствах концернов GE и Siemens не смогли поделиться своим мнением на этот счет. «Существующие сегодня на рынке кардиологические КТ‑сканеры работают слишком медленно для большинства кардиографических исследований, а получение пригодных изображений требует использования инвазивных бета‑блокаторов [препаратов, замедляющих биение сердца. – Vademecum], – говорится на сайте Imatrex. – Это препятствует изначальной цели кардиологической КТ, которая должна быть альтернативой инвазивным технологиям визуализации. Поэтому применение кардиологических КТ‑сканеров стало ограниченным, достигнув лишь 10% своего потенциала».

2nd-gen-004.jpg

Новая версия ЭЛКТ Дугласа Бойда – 2nd gen EBCT

Источник: imatrex.com

В пояснительной записке к ПП №1659 отмечается: потребность российских регионов в компьютерных томографах на 2017– 2019 годы достигает 500 штук. По данным Росстата, в 2015 году в России работало 1,8 тысячи КТ, на которых было проведено 7,2 млн исследований, то есть 50 на тысячу населения. Для сравнения – в США этот показатель достигает 240. То есть, на первый взгляд, потребность в КТ у нас действительно имеется. Однако неясно, каким будет профиль нового ЭЛКТ – будет ли он специализироваться только на исследованиях сердца и сосудов либо его можно будет применять для других профилей. 

«Новый томограф можно будет использовать не только в диагностике, но и в малоинвазивной, эндоваскулярной хирургии, чтобы мы видели все сосуды, все структуры без артефактов от движения, могли мерить скорость тока крови и всех функциональных параметров. Мы уверены, что у нас это получится», – заявил Vademecum доктор Рейнмюллер. По его словам, ЭЛКТ обладает возможностью делать снимки очень быстро – за 30 мс и даже быстрее, а это позволит получать изображения и других пульсирующих органов, например, мозга. 

Российские медучреждения в основном применяют томографы четырех мейджоров – GE, Siemens, Toshiba и Philips. Глобальные производители нацелены и на локализацию. Например, Philips совместно с НИПК «Электрон» производит КТ. В 2015 году организацию сборки КТ в России эксперты оценили для Vademecum в 4‑5 млрд рублей, а создание производства с нуля – в 100–200 млрд рублей. Объем рынка госзаказа КТ аналитики QuintilesIMS в 2016 году оценивали в 4,2 млрд рублей. 

По мнению Сергея Тернового, разработка нового ЭЛКТ – «едва ли не единственная в сфере томографии возможность сделать явный прорыв в высокотехнологичном аппаратостроении»: «Томограф должен быть универсальным, с возможностью исследовать все органы и ткани с одинаково высоким качеством, широкой апертурой гентри, для исследования кардиологических, хирургических, травматологических и онкологических пациентов. Я уверен, что с этой задачей наши ученые и производство справятся». 

Его коллега Валентин Синицын говорит о перспективах томографического проекта осторожнее: «Доказательств, что проектируемый ЭЛКТ будет работать лучше, чем современные КТ, которые за прошедшие 15 лет стали еще лучше и продолжают развиваться, пока нет. С учетом отсутствия в открытых публикациях описаний технических параметров разрабатываемого томографа, не говоря уже о прототипе, давать прогнозы сложно. Но теоретически возможно все. Возьмите, например, ситуацию с такими высокотехнологичными проектами, как отечественные самолеты Superjet и МС‑21, – там все оказалось не так быстро. Да, очередь за ними пока не стоит, но они есть, они летают».

Источник



Вернуться назад