Санкт-Петербург +7 (812) 325 02 02
Москва +7 (495) 935 77 85
19.05.2014

Коммерсант

Одна из базовых проблем госрегулирования в России в том, что российская регуляторная система, как правило, ориентирована на конечный результат и в самых лучших своих проявлениях построена на проектных принципах, при этом, возможно, более архаичные бюрократические модели рынок выносил бы существенно проще. Качественной иллюстрацией к происходящему могла бы служить повестка пятничного президентского Совета по модернизации и инновационному развитию — премьер-министр Дмитрий Медведев проводил его в Санкт-Петербурге, посвящено оно было инновациям в области биомедицины и фармацевтики.

По ряду причин (вопреки многому говорившемуся на совещании), в основном не связанных с историей взаимоотношений отрасли и Минздрава с Минпромторгом в последние десять лет, отдельные части российского фармрынка развиты лучше, чем можно было бы предположить. В основном это следствие интеграции российских НИИ и университетов в 1990-х в соответствующие американские и европейские структуры, что в 2000-х породило в Москве во всяком случае большее, чем в Восточной Европе, число проектов, которые тогда не именовались фармацевтическими стартапами, но в сущности не так сильно от них отличались. Вторая составляющая — активное освоение иностранными фармкомпаниями российского рынка — тоже сработала на то, что к 2014 году возможность инвестировать в российские R&D в медицине есть. Побочным результатом происходящего можно считать то, что неподготовленный человек стенограмму выступлений в Санкт-Петербурге читает с трудом: неспециалистов просим спросить себя, что с 2015 года предполагает регулировать готовящийся Минздравом закон "Об обращении биомедицинских клеточных продуктов".

Впрочем, из тех же выступлений следовало, что именно развивающееся рывками госрегулирование, всякий раз подтягивающееся к изменившимся реалиям,— это едва ли не половина проблем сектора. Так, Александр Элинсон из НИПК "Электрон" в выступлении описал две текущие проблемы рынка сложной медтехники. Первая: из-за введения в законодательство понятия "медизделия" при всех проведенных правовых экспертизах и оценках с 2013 года поставка компонентов для производства такой техники облагается НДС, поставка готовой техники — нет. Вторая: несмотря на то что прогресс в области радиоизотопной диагностики уже достаточно широк для более или менее массовой поставки такой техники на рынок, всякий использующий или производящий такую технику регулируется по той же схеме, что и предприятие, эксплуатирующее ядерную установку (от двух лет подготовительных работ). Какие бы сложные системы ни осваивал "Электрон", координации между Минфином, Минздравом и ФТС по не слишком сложному вопросу ему никогда не освоить.

Вернуться назад